12 традиций анонимных алкоголиков.
Статьи Билла У. из журнала "АА Грейпвайн"

Традиция Первая

  Вся наша программа АА надёжно опирается на принцип смирения, иными словами - на восприятие окружающих людей в истинном свете. И среди прочего, подразумевается, что мы верно соотносим себя с Богом и с нашими друзьями, что каждый из нас видит себя таким, каким он является на самом деле, - "маленькой частью огромного целого". Воспринимая таким же образом своих друзей, мы сможем наслаждаться групповой гармонией. Вот почему Традиция АА может с уверенностью утверждать: "Наше общее благополучие стоит на первом месте".

  "Значит ли это, - спросит кто-то, - что в АА отдельный человек стоит не так уж и много? Не получается ли, что группа его поглощает и господствует над ним?"

  Нет, не похоже, что это так. Вероятно, на земле не существует общества, которое больше чем АА, пеклось бы о личном благополучии своих членов и уделяло бы больше внимания предоставлению им величайшей из всех возможных свобод - свободы в убеждениях и поступках.

  У Анонимных Алкоголиков нет слова "должен". Лишь немногие группы АА кого-то наказывают за инакомыслие. Мы предлагаем, а не приказываем. Как раз наоборот, согласие или несогласие с любым принципом АА - дело совести самого человека, и судит себя только он сам. Старинное выражение "не судите" мы соблюдаем в самом буквальном смысле.

  "Но, - возразят нам некоторые, - если у АА нет власти, чтобы управлять отдельными членами Содружества или группами, то откуда такая уверенность, что общее благополучие действительно всегда остается на первом месте? Как можно - управлять без управляющих? Если каждый волен творить все, что ему заблагорассудится, как вообще может быть что-то, кроме анархии?"

  Ответ, похоже, заключается в том, что мы, члены АА, на самом деле не можем поступать, как нам вздумается, хотя никакой ограничивающей нас человеческой власти в Содружестве не существует. В действительности наше общее благополучие защищено надежными гарантиями. Как только какие-либо действия начинают угрожать общему благополучию, групповое мнение мобилизуется, чтобы напомнить об опасности, - и наше групповое сознание начинает выражать недовольство. Если же кто-то продолжит свои действия, он рискует настолько потерять свое душевное равновесие, что вполне может напиться, и накажет его в этом случае уже не алкоголь. Мнение группы указывает человеку, что тот уклонился в сторону; его собственная совесть говорит, что он смертельно не прав и что, если он зайдет слишком далеко, настоящий приговор ему вынесет Джон Ячменное Зерно. Вот так мы и узнаем, что в делах, глубоко затрагивающих группу в целом, "наше общее благополучие стоит на первом месте". Бунтарство идет на убыль, и начинается - что и требовалось - сотрудничество: мы сами же себя и поправили.

  В итоге мы сотрудничаем потому, что действительно хотим этого, - мы понимаем, что без соответствующего единства не будет никакого АА, а без него вряд ли кому-то удастся долгое время выздоравливать. Мы с радостью отбрасываем в сторону личные амбиции, если только они могут причинить вред АА. Мы смиренно признаем, что являемся всего лишь "маленькой частью огромного целого".

  Декабрь, 1947 г.